Стресс

Авг 22, 2011

.

Передо мной, скрючившись в кресле, сидит Егор. Весь вид его говорит, что он не знает, куда деть свое огромное туловище и поместившийся в нем дух. Мальчик смущенно поглядывает краем глаза на свою матушку. Последняя удивленно смотрит на меня.

— Доктор, уж не пытаетесь ли вы внушить мне мысль, будто мой сын потому не делает уроки, что у него стресс? Откуда у десятилетнего мальчика стресс? Вы ведь не всерьез. Вы просто ищете ему оправдания. Я вам скажу, что у него: лень, только и всего. И поскольку способ ее лечения неизвестен, то вы сидите и бросаетесь такими словечками, как стресс, усталость, беспокойство, страх — на них ведь сейчас мода. Ответьте-ка мне лучше, почему он бьет баклуши. Собственно, затем я к вам и пришла.

— Уверяю вас: у него стресс.

— Вот у меня стресс, но у него…

— Почему вы утверждаете, будто у вас стресс?

— Желаете знать, как проходит мой день?

— Было бы интересно услышать.

— Я проснулась — и с этого мгновения у меня ни секунды спокойной нет. Надо приготовить завтрак для младших детей, осмотреть их одежду, вещи, самой собраться, отвести их в школу и бежать в контору…

— А чем занят тем временем ваш сын?

— Ах, ему тоже некогда. Встает он в семь тридцать, идет в душ, одевается, кладет в портфель учебники, глотает шоколад… В 8.10 надо во что бы то ни стало выйти из дому, иначе он опаздывает на урок, а я не успеваю на свой поезд.

— Хорошо, вы задержались. Что же дальше?

— Начальник ждет нас под огромными настенными часами. Ничего такого он не говорит, но уничтожающе смотрит на нас, показывая нам, что все мы — «виновны». Это, как бы сказать…

— Ввергает вас в состояние стресса, беспокойства, не так ли?.. Егор, а что происходит, когда опаздываешь ты?

— Надо обязательно постучать в дверь. Учительница позволяет нам войти, затем мы должны извиниться перед всем классом. Она всегда добавляет, что можно было бы и поторопиться. Она в присутствии всех учеников издевается над нами. Или, бывает, говорит, что мы должны подождать за дверью, а то и отправляет к директрисе за разрешением присутствовать на уроке.

— И какие ты при этом испытываешь чувства?

— Ах, ужасные! У меня ведь в груди сердце, а не камень. Мне кажется, что все приятели будут насмехаться надо мной да и потом у учительницы такой суровый взгляд!

— Тебя это тоже беспокоит?

— А хуже всего, когда приходишь к директрисе. У нее ты никогда не бываешь прав. Она не дает нам даже рта раскрыть. От нее только и слышно: всему виной родители, у них нет ничего святого, и они не умеют воспитывать собственных детей. После чего она заставляет нас переписать семь раз одно и то же предложение: «Я больше не буду опаздывать утром».

— А вы, мадам, как проходит ваш рабочий день?

— Не вам бы тут, доктор, разглагольствовать о стрессе! От нас требуют, чтобы мы делали тысячу дел одновременно. Надо отвечать на телефонные звонки, работать на компьютере, отсылать и получать послания по электронной почте, принимать и отправлять по факсу документы, готовить досье — и все срочно и, разумеется, без ошибок, без сучка и задоринки. Знаете ли, там, где я работаю, у меня нет права на ошибку: я должна быть лучше всех, делать больше других.

— Что будет, если вы окажетесь не в числе лучших?

— О, знаете ли, в моем возрасте надо быть осторожной: полно молодых честолюбцев, ждущих малейшего вашего промаха, чтобы попытаться занять ваше место.

— Почему же вы говорите о стрессе?

— Все так быстро меняется. То и дело приходится приспосабливаться к новым условиям. Не знаешь, что на тебя свалится в следующий миг. Сегодня твой патрон в хорошем настроении, а завтра — злой как черт. Чем бы ты ни занималась, всегда следует быть на высоте. В глазах окружающих ты должна быть само совершенство и всегда добиваться успеха, иначе твое будущее поставлено на карту.

— У вас не возникает ощущения, что вы на пределе?

— Да, конечно. Я вся напряжена, сплошной комок нервов. Пью много кофе. Но дело не только в работе, надо также поддерживать дружескую атмосферу. С виду мы друзья не разлей вода, но при малейшей трудности крысы бегут с корабля. Например, если патрон разносит кого-нибудь из нас, то все свидетели этой сцены тотчас же подхватывают его слова, вторят ему. Он этим пользуется, чтобы еще больше унизить нас. Между собой, поверите ли, мы словно змеи: никто не постесняется плохо отозваться о том или другом человеке, распустить слух, который приходится без конца опровергать. Я знаю, стоит мне повернуться спиной, и я обязательно становлюсь предметом насмешек. Я же стараюсь блестяще выполнять порученную работу и скромно вести себя, лишь бы мне не очень перепадало от злых языков.

— А что вы делаете по окончании рабочего дня?

— Тут совсем другое. Мне надо бежать домой, чтобы проверить, сделаны ли уроки. Это сплошная нервотрепка: мой сын, как вам уже известно, домашние задания один не делает. Я же сержусь. Затем мы ужинаем и укладываемся спать. Тут наконец я могу перевести дух.

— Егор, расскажи, пожалуйста, маме, как ты проводишь время в школе?

— Нам также приходится трудиться… Ну конечно, не восемь, а шесть часов, и потом… нам все время надо хорошо вести себя, да, ма? Всякий раз, когда я приношу посредственную оценку, ты ругаешь меня! Говоришь, что мне следует учиться, быть собранней, взяться за математику, географию, историю, геометрию (о других предметах я уж молчу) и чтоб по всем дисциплинам у меня всегда были бы одни отличные отметки.

Учительница не всегда строга. Иногда она бывает забавной и в хорошем настроении, но случаются дни, когда она сердится из-за пустяков. Поскольку до меня все с трудом доходит, то достается обычно мне. Учительница говорит, будто я нарочно «валяю Ваньку». Все приятели, стоит сморозить какую-нибудь глупость, насмехаются над тобой в угоду учительнице. И уверяю тебя, снести их издевки нелегко.

— На перемене не перестаешь быть «предметом внимания», со всех сторон сыплются насмешки и, между нами говоря, это вовсе не забавно. Однажды я надел тенниску без фирменного знака. И что ж? Все смеялись и говорили, будто я не умею одеваться, что я похож на «бомжа», что я- ничтожество. Затем я скверно написал диктант и получил плохую отметку. Учительница сказала: я получу двадцать1, когда отрицательные оценки будут идти в обратном порядке. Я оказался не только плохо одетым, но и дураком. Более того, со мной никто не захотел играть.

Вечером мне хотелось разнести все в клочья. В то же время мне сделалось грустно. Я сказал себе: буду стараться или нет — все равно мне будут ставить плохие отметки. А остальные при этом будут еще насмехаться, учительница же станет делать мне замечания, а мама бранить.

— Ну и?..

— Я открыл учебник и даже стал учить заданное наизусть, но ничего не оставалось у меня в голове.

Мне известно: когда я начинаю отвечать уроки, все ждут от меня малейшей ошибки. Знаю ли я уроки или нет — не суть важно: как только я вхожу в класс, меня охватывает ужас, и я тут же забываю их, словно они исчезают в черной дыре. То же самое и в случае с моей мамой. Как только она приходит домой, я чувствую, что она вся на иголках, боюсь не оправдать ее ожиданий, и вот: у меня все испаряется из памяти. Она сразу начинает нервничать, говорит, что я не занимаюсь и какой это для нее тяжкий крест… Весь день только и слышно: я ничтожество, олух, лентяй и ничего не добьюсь в жизни… Порой у меня создается впечатление, что мой мозг- это некий компьютер, куда забыли вмонтировать программное обеспечение.

— А в каких ты отношениях с братьями?

— С ними-то в прекрасных. Понимаем друг друга с полуслова, особенно когда играем. Однако стоит коснуться школьных дел, и они тоже начинают подтрунивать надо мной. И кроме того, моя матушка, по-моему, отдает им предпочтение: у них ведь в табеле только «отлично».

Тут вмешивается его мать:

— Минутку, доктор. Вижу, куда вы клоните: намерены провести параллель между тем, как проводим свой день я и мой сын. Выслушав нас, и впрямь можно найти немало поразительных совпадений… Но все равно вам не убедить меня, будто страх быть выкинутой на улицу столь же травмирует, как и плохие оценки в школьном дневнике. По-моему, мое увольнение не идет ни в какое сравнение с маленькими повседневными, пускай и досадными неприятными обстоятельствами, выпадающими на долю ребенка. Они весь день ничего не делают. От них лишь требуют, чтобы они направили все свои силы на учебу. Не так-то это и трудно! Им не надо в конце месяца платить за квартиру. Я работаю, чтобы заботиться о своих детях, и, поверьте, они окружены ею! Подчас мне хочется бросить все, но это невозможно. Я вынуждена уживаться со стрессом.

— Да, верно. Вам приходится поступать так, чтобы сохранить за собой место. Такова ваша участь. Родители зачастую соглашаются на неудовлетворительные условия работы в надежде, что принесенная ими жертва позволит их детям преуспеть в жизни и выбрать профессию по душе. Это бремя легко нести, когда ваши усилия вознаграждаются хорошей успеваемостью вашего ребенка в школе. А вот плохая успеваемость приводит к тому, что тревога и ежедневно навязываемые вам ограничения становятся невыносимы. Видя, что дети плохо учатся в школе, родители сразу же решают, будто их чада оказались не на высоте поставленной задачи. Они обижаются на своих отпрысков за то, что те не воздают им должное за ежедневные стеснения.

Ходить в школу- это обязанность ребенка. Платой ему являются радость и гордость его родителей. Следовательно, он боится плохой оценки, как вы — остаться без работы. Разочарование родителей, унижение в школе и чувство собственной ущербности — вот что сулят ему низкие отметки. Школьная неуспеваемость тяжело отражается и на отношениях в семье. Дети считают, что их не очень-то любят, поскольку они — посредственные ученики. Родители же винят себя в том, что они — скверные воспитатели. Перед их взором встает мрачное будущее, грозящее их чаду безработицей. Они забывают: ребенок совершает в житейской школе только первые шаги. В такой тревожной атмосфере воцаряется напряжение. Когда неудачи следуют одна за одной, дети начинают думать, что им никогда не удастся соответствовать вашим требованиям. От чувства обескураженности, граничащей с депрессией, некоторые даже решают отдаться на волю течения. Так в наши дома проникает стресс!

— Доктор, вы тут мне описываете целую драму. Может быть, вы чуть увлекаетесь? У них, у наших сорванцов, жизнь, о которой можно только мечтать. В мое время родители не были столь миролюбивы. Не могло быть и речи, чтобы возражать за столом. Нужно было учиться, и ничего не стоило получить оплеуху. У нас не было и четвертой части того, что есть у них: каникулы, спортивные залы, компьютеры… О другом я уже и не говорю. Нам спуску не давали, и все же стресс нас не одолевал.

• Тут, вне всякого сомнения, загвоздка в том, как его определять. Мне стресс немного напоминает процесс питья алкоголя. Существуют три способа:

• Приятно и весело в кругу друзей распивать одну за другой бутылку старого вина. Говорят, будто это «приятный стресс». С психологической, эмоциональной и поведенческой точек зрения — это вполне нормальное явление, которое позволяет нам, когда мы на пределе собственных возможностей, быть готовым ко всякому.

• Чрезмерное распитие алкоголя в короткий промежуток времени приводит к сильному опьянению, сопровождающемуся целым набором психологических и физиологических симптомов. Последние могут оказаться настолько серьезны, что быстро повлекут за собой разного рода осложнения. Скажем, переделав нашу метафору: пьяный стресс напоминает, например, взятие заложников.

• И наконец, можно пить ежедневно определенное количество спиртного — и не быть пьяным. Этот способ удивительно напоминает то, как вы в течение долгого дня по капле накапливаете свой стресс. Спиртное и стресс, если не знать им меру, ведут к моральной и физической деградации и лежат в основе некоторых, подлежащих лечению патологий.

Ваш сын, да и вы сами относитесь, скорее всего, к третьей категории. Его жизнь, как и ваша, находится в зависимости от расписания, давления окружающих, полученных заданий… Он не может избавиться от перечисленного выше и должен постоянно приноравливаться к различным, встречающимся на его пути стрессовым ситуациям.

Все дети подвергаются воздействию факторов стресса. У некоторых из них со временем это перерастает в патологический стресс. Случай с Егором не единственный. Наглядным подтверждением неверия взрослых в существование стресса у детей и некой нерешительности в отношении его служит реакция матери Егора. Цель рассказанных далее историй не только в том, чтобы убедить вас в существовании данного стресса, в том, что он способен оказывать действие на поведение и здоровье некоторых детей, но также и в том, чтобы предупредить

comments powered by HyperComments

Похожие Посты

Тэги

Добавить в