Против закона молчания

Окт 18, 2011

.

О факте насилия, унижения или вымогательства денег надлежит сообщить руководителю учреждения, а при необходимости — если не последует никаких мер — подать жалобу в ректорат. Иногда администрация не желает признать вопиющие факты. Так было в случае с Ритой.

По моему совету ее родители встретились со школьной директрисой, но она не поверила их словам. В оправдание ее следует признать, что после нападения запуганная Рита не осмеливалась больше дружить с другими девочками и общалась только с Дарьей. Она вела себя так, словно они были лучшими подругами. Девочка даже переусердствовала, боясь прогневать Дарью, проявив хоть малую толику интереса к кому-нибудь из одноклассниц. Из-за этого она стала вести себя агрессивно, и никто не решался приблизиться к ней.

Рита приобрела славу телохранителя чертовки и ее марионетки. В хвастовстве, розыгрышах и насмешках ученица, казалось, превзошла собственного учителя. Девочка отвечала преподавателям с таким видом, словно ей так же, как и терзавшему ее демону, было не суть важно, какую оценку она получит.

Лишь благодаря настойчивости родителей и, изучив прошлое Рита, которая до того времени была прекрасным товарищем и интересовалась учебой, директриса, в конце концов, согласилась провести расследование. Обнаружив в туалете висящий пакет, палку и веревку, она вызвала всех трех участниц, чтобы каждая изложила собственную версию происшедшего. Лена не решилась и слова промолвить, Дарья все отрицала, а Рита свела этот случай к ссоре на перемене между благонравными подругами. Опасаясь мести «лучшей подруги», Рита затем отреклась перед родителями от своих слов и слезно молила их не давать жалобе дальнейшего хода.

Тогда у ее матери появилась мысль обратиться к родительнице Лена. Так она узнала, что из-за мучивших девочку ночных страхов последняя также посещает детского психиатра. Я позвонила коллеге с целью рассказать ему о том, чем со мной поделилась Рита. Закон позволяет предоставлять сведения коллеге, если они служат основанием для принятия на себя ответственности за пациента. Благодаря мне мой коллега смог понять причину ночных страхов Лены. Он рассказал ей о нашей беседе, и девочка сумела описать то, что мучает ее. Однако мы — как он, так и я — не могли раскрыть директрисе известные нам факты и тем самым положить конец сомнениям относительно правдивости всей этой истории.

Со своей стороны, родители не успокоились, и Дарья под давлением наконец созналась директрисе школы в своих неблаговидных поступках. Та прочла ей «проповедь» и потребовала, чтобы девочка извинилась перед Леной. С сознанием выполненного долга она позвала родителей Риты и уведомила их, что инцидент исчерпан. Однако Дарья не понесла наказания под тем предлогом, я цитирую, что «не следует обострять случай с этой девочкой, происходящей из менее привилегированной среды».

Однако я продолжала настаивать: наказание необходимо. И вот почему: в начальной школе случаи насилия, приводящего к физическим и душевным ранам, учащаются, и зачастую их последствия носят все более и более серьезный характер. Насилие привело к тому, что правит бал закон молчания. Дети не боятся вести себя распущенно, они страшатся мести обидчика, опасаются, что их «признание» отразится впоследствии на учебе, на отношениях в школе и дома. Со своей стороны, родители уверены, что если они заговорят, то положение дел лишь ухудшится и их ребенку придется вовсе плохо; они войдут в «контры» со школьной администрацией и из-за них об обидчике, который, в конце концов, и сам-то еще ребенок, разнесется дурная молва. Часто из лучших побуждений родители вынуждают к молчанию своего пострадавшего ребенка (или, простите, обидчика), полагая: лучше обо всем забыть. Школьная же администрация не желает давать повод разного рода толкам, тревожится за хорошую репутацию своего учреждения: вдруг однажды все выплывет на свет божий и выплеснется на страницы одной из газетенок?

comments powered by HyperComments

Похожие Посты

Тэги

Добавить в